Спонсоры:
Спонсоры:

Кваренги (Гваренги) Джакомо Антонио

Но не только слава и признание сопутствовали зодчему царского двора. Он тяжело пережил неудачу с Биржей, заложенной по его проекту на стрелке Васильевского острова в 1783 г., но так им и не возведенной. Спустя 25 лет здание совсем по-другому построил француз Тома де Томон. В связи с этим есть несколько карикатур и самая известная принадлежит Кипренскому и Орловскому: разъяренный толстяк Кваренги сжимает в руке фигурку француза, с негодованием восклицая: «Что за фигура!» А строительство Торговых рядов при Кабинете Их Величества в 1803—1805 гг. вызвало нападки недоброжелателей. Коллеги обвинили его в грубом смешении элементов различных стилей. В творчество архитектора часто вмешивалась Екатерина II, чем ставила порой его в затруднительное положение. Так было в 1792 г., когда она поручила ему строить дворец для своего внука Александра, будущего императора (в детстве Саша часто сидел на коленях у знаменитого творца, забавляясь его огромным носом). Однако непререкаемый авторитет великого маэстро позволял ему обходить острые углы и вводить в правильные архитектурные рамки все даваемые ему предначертания. Он в сжатые сроки выстроил великолепное здание в Царском Селе. Процесс проектирования занял у Кваренги всего лишь один год, и уже 5 августа 1792 г. были начаты торги на постройку. Талантливый итальянец сумел сохранить высокий авторитет и у преемника царицы — Павла I, а затем и у императора Александра I. Несмотря на различия во вкусах и личностях монархов, Джа-комо Антонио выполнял грандиозные заказы для них всех. Скажем, Павел I сразу назначил его архитектором Высочайшего двора и поручил построить дом на Дворцовой набережной, в приданое Анне Петровне Лопухиной. Затем последовали все новые и новые проекты — скучать именитому мастеру никогда не давали. В 1793 г. в семье Кваренги случилось непоправимое: во время четырнадцатых родов скончалась его жена, оставив на руках отца новорожденную дочку и еще четырех малолетних детей. Он ее нежно любил, трогательно заботился о ней и едва не умер от горя. Кварнеги решил вместе с детьми ехать в Бергамо, чтобы быть ближе к родным и семье Маццолени. Зимой того же года зодчий покинул Петербург, а осенью 1796 г. вернулся и вступил в брак с Анной Катериной Конради. К тому времени известность выдающегося архитектора двора Екатерины II вышла за пределы империи. 26 января 1796 г. он был избран членом шведской Королевской академии искусств. В России же только 1 сентября 1805 г. на чрезвычайном собрании Санкт-Петербургской Академии художеств Кваренги был избран в ее почетные члены и наконец-то получил официальное признание. Гениальный итальянец закрепил в русском зодчестве каноны классицизма, уже складывавшиеся к тому времени, но еще не получившие градостроительного размаха. Он создал архитектуру безупречно строгого стиля, и в то же время не менее живописную, чем растреллиевская. При этом никогда не нарушал гармонию. Скажем, построив Смольный институт, архитектор Высочайшего двора удачно соединил здание с монастырем, ранее сооруженным графом Растрелли. В Александровском дворце свободно стоящее в парке открытое сооружение, композиционно единое с Новым садом, предстало как антитеза замкнутому ансамблю Екатерининского дворца того же автора. За выдающиеся заслуги перед Россией обрусевший итальянец Д. Кваренги в 1814 г. получил потомственное дворянство и орден Святого Владимира 1-й степени. В 1788— 1800 гг. он являлся членом одной из лож рыцарского ордена Иоанна Иерусалимского (Мальтийского). Когда в 1812 году велась подготовка к походу Наполеона на Россию, король Италии приказал всем итальянцам вернуться на родину. Кваренги отказался, за что был приговорен к смертной казни и конфискации всего имущества. Таким образом Италии, как родины, у него не стало. Зато с каким юношеским азартом престарелый гений поставил деревянные Триумфальные Нарвские ворота для победной русской армии, возвращавшейся в 1814 году из Франции! (В 1827—1834 гг. перестроены в камне и металле В. П. Стасовым.) А с каким воодушевлением и мастерством он составил проект «Храма в память Бородинской битвы 1812 г.» для постройки в Москве! Но задуманное не судилось осуществить. 18 февраля 1817 г. на своей второй родине, в Санкт-Петербурге, великий итальянец скончался. Родные похоронили его на Волковском лютеранском кладбище. В 1967 г., к 150-летию со дня смерти великого зодчего, могилу Кваренги отыскали и прах торжественно перенесли на Лазаревское кладбище в некрополь Алек-сандро-Невской лавры. Напротив здания бывшего Ассигнационного банка на Садовой улице в Санкт-Петербурге установлен бюст архитектора.